Череп

По материалам сайта Могилевских охотников за привидениями http://www.ghosthunters.ru

Не для конкурса !

3 сентября, четверг, 13:20

— Привет, Витек. Как твои ничего? — обычный вопрос студента после летних каникул. Только вот выглядел Паша так, будто лето провел не на море или на даче, а в больнице. Причем оба месяца.

— Нормально, а твои? — обычный ответ.

— Нормально, — только было видно, что Паше хочется кому-то рассказать свои проблемы. Ну, можно и послушать, авось посоветовать чего можно, авось помочь чем.

— Выглядишь паршиво, — предложил рассказывать, ненавязчиво, если захочет.

— Спасибо, — невесело усмехнулся Паша. — Болел. Второй месяц уже из болезней не вылезаю. То насморк, то ангина, то черте что… Мать болеет. Братец в больницу загремел…

— Невесело, — кивнул я. — А что так?

— Черная полоса, наверное… Собака еще взбесилась, дура.

— А с собакой-то что? — начал настораживаться я.

— Да психованная стала. По квартире мечется, воет постоянно, на улицу просится…

— Интересно, — кивнул я. Похоже на порчу. Вряд ли, конечно, но очень уж похоже. — А с тараканами как?

— Да развелось тварей… Травил, наверное, кто-то, а к нам лезут, сволочи.

— Слышь, Паша, а можно мы к тебе придем, походим, посмотрим?

— А че смотреть? Ветеринары, что ли? Или тараканов травить?

— Так… Проверить надо… Может, на вас порчу кто навел.

— Смешно, — обиделся Паша. — У меня брат в больнице, а ты прикалываешься.

— Я серьезно.

— Витек, дык ты че, на самом деле \»Охотник за привидениями\»? Без приколов?

— Без приколов.

— Псих…

— Когда все началось?

— Что — все?

— Болезни у вас? Заскоки у собаки?

— В июле, в начале где-то я заболел. А собака… Что я, следил за ней, что ли? Ну, скулила, может… Ты что, серьезно?

— Да. Надо придти, проверить. Поискать, может, вещь какую-нибудь подбросили.

— Так я могу сам поискать…

— Не надо. Руками нельзя трогать. Давай мы с Лехой подъедем, разберемся. Сегодня ты как?

— Не, сегодня мне к брату надо. Давай завтра.

— Давай. Матушки дома не будет?

— Работает она. С больничного в понедельник вышла.

— Вот мы после занятий и прибудем.

3 сентября, четверг, 18:00

— Витек, тебе обязательно искать что-то аномальное, да? — гудел Леха.

Угостил меня чаем по случаю приезда к нему в гости. Выслушал. И завелся.

— Ну болеют, бывает. У тебя такого никогда не было, да? Один заболел, матушка напряглась, второй заболел, переживают друг за друга, а все болезни от нервов. Зачем тебе сюда тащить за уши порчу?!

— Малефико.

— Чего?

— Это порча по латыни. Самое популярное обвинение ведьм в средневековье. Очень распространенное и легко выполнимое…

— Кончай грузить.

— А признаки знаешь? Постоянные продолжительные болезни. Увеличение числа насекомых и крыс. Непонятное беспокойство домашних животных.

— Полный набор, — хмыкнул Леха. — Ну что мы там делать будем?

— Похожу с рамками, походишь с компасом, проверим хронометрами. Авось чего найдем.

— И дальше?

— Сожжем на перекрестке. Молитвы прочитаем.

— Мы же не шаманы.

— А кому сейчас легко?

— Ясно. Ведьму палить сами будем или передадим в лапы инквизиции? — засмеялся Леха. — Ладно, давай съездим. Может, в самом деле найдем чего. Сырость в квартире там, грибки какие-нибудь…

4 сентября, пятница, 15:15

— Ну? — спросил Паша. — Чай будем пить или вы сначала шаманить будете?

— Не шаманить — исследовать, — поправил я. — Сначала походим.

Леха достал компас и \»термометр\», я — рамки, и двинулись в обход двухкомнатной квартиры. На кухне, где из угла, поскуливая, жалобно посматривал спаниель, ничего не нашли.

— А это у вас что? — полюбопытствовал Леха, ткнув в потемневшие обои над плитой.

— Так пар… Вытяжка слабая…

— Ясно, — хмуро кивнул Леха, покосился на меня. — Да еще первый этаж, сырость постоянная. Мыши тоже есть?

— Хватает, — вздохнул Паша.

Спальня матушки была без аномалий. Уютная, небольшая комнатка, кровать, тумбочка, шкаф и трюмо. Все как у всех. Только вот таблетки прямо на трюмо, в планшетках и баночках.

— И постоянно вы эту дрянь пьете? — спросил Леха.

— Раньше вообще не пили, — ответил Паша. — Теперь, как все болеть начали… У матушки с сердцем плохо.

В спальню братьев я зашел первым. И первым почувствовал — как будто тяжесть навалилась. Воздух будто затхлый. Даже темнее стало как-то, чем в остальных комнатах. И освещение вроде бы не при чем. И обои не при делах — просто темнее.

— Вы тут хоть иногда проветриваете? — проворчал Леха. — В таких условиях…

Окно было открыто, тюль чуть шевелился над застеленной кроватью. Воздух был свежее, но не намного. Вторая кровать стояла в углу, возле входа, рядом с тумбочкой. Между ними — шкаф и письменный стол. Рамки слабо разошлись в стороны, когда я встал спиной к окну. Сделал шаг к двери — разошлись больше.

— Прикалываешься? — напряженно спросил Паша.

— Не мешай, — попросил Леха.

Не хотелось мне идти ко второй кровати, в угол. Как будто через паутину шел. И рамки все шире расходились. Над тумбочкой стали в линию. Перевел на кровать — чуть сошлись.

— Твоя кровать? — спросил я.

— Не-а. Брата.

— Второй раз, — потребовал Леха. — Иди от двери.

От двери к окну рамки сходились, при возвращении опять расходились, а над тумбочкой опять давали максимум.

— Что делать будем? — спросил Леха.

— Открывать? — предложил я.

— Брата… — поморщился Паша. — И что вы там думаете найти?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Что-нибудь явно не братовское. Предмет, которым навели порчу.

— Например?

— Ну… Видно будет.

— Копаться придется…

— Придется.

Копаться не пришлось. Поверх книг, учебников и тетрадей красовался старый, пожелтевший череп. Старый, пожелтевший, улыбающийся череп.

4 сентября, пятница, 16:15

— Просто выбрасывать его нельзя, — говорил я, отхлебывая кофе на кухне. — Может, хуже будет. Выясни, откуда он взялся. Может, сходить захоронить надо, на место вернуть.

— Да я из братца душу выну!

— Не надо наездов. А то не признается, — заметил Леха.

— Ага. — кивнул я. — Ну, причина в черепе — это ясно.

— Похоже, — кивнул Леха. — Может, освятить?

— Попробуем. Воды освященной нет?

— Нет, — пожал плечами Паша. — Откуда?

— А ты матушке позвони, — посоветовал Леха. — Найдется, может.

— Ладно, — сказал я, когда Паша ушел звонить. — У меня молитва на освящение вещи есть. Попробуем. Леха, помогать будешь.

— Чем?

— Аминь повторять.

— Есть святая вода, — закричал Паша.

— А ты откуда знал? — удивился я.

— Элементарно, — усмехнулся Леха. — Матушка, поди, тоже через церковь лечить пробовала.

— А. Ну да. Ладно, начинаем. Только ты, Паша, все равно узнай, откуда череп.

5 сентября, суббота, 20:45

— И зачем так торопиться? — ворчал Леха. Ворчал — но все-таки приехал на старое кладбище. Днем отзвонился Паша, я заехал к нему забрать череп, с молитвами, завернул в окропленную святой водой тряпку, \»Отче наш\» прочитал, молитву от нечистой силы, псалом.

Паша выглядел получше. Брат его вроде бы шел на поправку.

— Дураки, — говорил Паша, ведя нас через кладбище, мимо старых могил. — Пацанята. Лазали по склепу, череп нашли, а мой дурак домой приволок.

— В начале июля, да? — уточнил я.

— Ну. На день Независимости. И не сказал никому, боялся. А я как спросил, так надулся, елки-палки… Но рассказал. Вот в этом склепе и ковырялись.

Я посмотрел на Пашу. Посмотрел на Леху. Посмотрел на склеп с узким проломом, куда ни Паше ни Лехе не пролезть. Вздохнул, забрал череп и полез в пролом сам. Прошелестели по полу крысы. Затхлый воздух. Темные стены, гроздья паутины. Статуя грустного ангела с отбитыми крыльями. Несколько ниш, часть — пустые, часть — с остатками гробов. Я быстро отыскал нишу, где нашли череп, осторожно положил его на место, развернул тряпку. Прочитал молитву — за упокой. Пробормотал \»Аминь\» и полез назад.

Заключение.

Брат Паши выписался в понедельник. У матушки перестало болеть сердце. Прекратились постоянные болезни и у Паши.

Собака успокоилась. Перестали чересчур беспокоить мыши и тараканы.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий